АА взрослеет. Краткая История АА (012)

Глава I. АА: ВЗРОСЛЕНИЕ

Билл У., один из основателей Сообщества Анонимных Алкоголиков

Огромное число членов АА, приехавших на эту Встречу, познакомилось с нашими Попечителями, преданными нашими друзьями, как бывшими алкоголиками, так и не алкоголиками, которые так давно работают с нами. Многим простым людям удалось поговорить с Арчи Рузвельтом, этим энергичным и радушным человеком, который недавно был избран в Совет и выполнял там работу казначея, иногда неблагодарную работу, но которая всегда отнимала так много времени. И вот эти простые люди, горожане начали говорить: «Если наш новый друг — не алкоголик Арчи тратит годы, «приглядывая» за финансами АА, то, как нам кажется, мы вполне можем выкроить минутку два раза в год, порыться в наших карманах и отдать Арчи эти два доллара, которые так нужны для сведения баланса АА».

Большой интерес среди тех, кто открыл для себя Встречу, были заседания Семейной группы Ал-Анон по темам: «Познакомьтесь с персоналом», «Дети Алкоголиков», «Урегулирование отношений мужа и жены» и «Двенадцать шагов». В Сент-Луисе многие скептики впервые имели возможность познакомиться с этим движением в движении и с удивлением узнать, что количество Семейных групп увеличилось только за три года с 70 до 700 и что в этот самый момент каждый день появляется одна новая группа. Лоис и представители многих областей рассказали нам, что Семейные группы имеют свою всемирную информационную службу наподобие Штаб-квартиры АА и что уже выпущена литература о Семейных группах, уже организовывается выпуск журнала и даже готовится книга по этому направлению. Многие члены АА задавались вопросом — что представляют собой эти Семейные группы. Были ли это просто «посиделки», сочувствующие общества? Или может это были встречи с кофе и сладостями? Не отвлекают ли они АА от их основной цели — трезвой жизни? И встречи с Семейными группами дали ответы на все эти вопросы. Эти группы не были ни какими-то аутсайдерами по отношению к АА, ни «фабрикой сплетен». Члены семей алкоголиков — жены, мужья, отцы, матери и дети — рассказывали о принципах АА прямо на своих примерах, а не на чужих.

Членам Семейной группы ответили на огромное число вопросов, таких как: «Разве мы не были такими же бессильными в отношении алкоголя, как и сами алкоголики? Конечно, были». «А когда мы это обнаружили, разве не заполняло нас чувство горечи и жалости к себе, как и у алкоголиков? Да, иногда так и было». «После первого ощущения огромного облегчения, когда АА вошло в вашу жизнь, разве вы не чувствовали временами скрытую и глубокую обиду, что АА сделало свое дело, а мы нет? И многие из нас скажут «да», так и было». «Еще не понимая, что алкоголизм — это болезнь, разве мы вместе с нашими детьми не выступали против пьющего члена семьи? Да, и так было не раз, и это причиняло только вред. И не удивительно, что когда пришло освобождение от алкоголизма, эмоциональная атмосфера в наших домах была то нормальной, то ухудшалась». И далее представители Семейной группы продолжали: «Могли ли мы найти ответы на все эти вопросы? Поначалу, нет. Встречи АА иногда помогали нам. Мы лучше понимали проблемы алкоголизма, но все-таки получали недостаточно для понимания нашего собственного состояния.

Мы думали, что Двенадцать шагов были прекрасным средством для алкоголиков, но мы и не предполагали, что мы сами должны воспринимать их со всей серьезностью. Ведь, в конце концов, мы делали все возможное. И ведь с нами было все в порядке.

Так мы рассуждали и так мы жаловались, когда дома дела шли из рук вон плохо. Или часто, когда дела шли нормально, мы становились благодушными или может просто ревновали к тому времени, которое наши партнеры считали необходимым проводить в АА. Но когда появились Семейные группы, эти взгляды и отношения стали меняться, и изменения коснулись в основном нас самих.

Изменения начались, когда мы начали реализовывать Двенадцать шагов в нашей каждодневной жизни, во всех наших делах и вместе с теми, кто мог понять наши проблемы так, как не мог понять ни один партнер-алкоголик».

«В Семейных группах мы встречаем мужчин и женщин, даже тех, у кого партнеры продолжают пить, которые сбрасывают с себя все свои невзгоды и начинают вести тихую спокойную жизнь без обвинений или взаимных упреков. Мы видели, как полностью менялось мышление тех, у кого партнер бросил пить благодаря АА, но с которым по-прежнему было тяжело жить. И, наконец, мы встречали несчастных поникших детей, которым удалось распрямиться и заново научиться любить и уважать своих родителей. Мы были свидетелями, как заносчивость и страхи, доминирование и раздражимость, а также сводящее с ума чувство собственности постепенно уходили, когда мы начинали практиковать в своих семьях Двенадцать шагов.

Как и наши АА партнеры, мы, Семейные группы, получаем сейчас прекрасные результаты от практики Двенадцатого шага, от донесения идей. А послание нашей Семейной группы следующее: «Вы можете получить в своих семьях не только трезвость от алкоголя, вы можете обладать так же и эмоциональной трезвостью». Даже если ваша семья еще не достигла стабильности, вы можете обрести свою собственную. И ваша собственная эмоциональная уравновешенность может ускорить приближение счастливых дней перемен».

Многие члены АА, который видел Семейные группы в действии в Сент-Луисе потом говорили: «Это самое прекрасное, что произошло после создания АА».

Когда они увидели пресс-центр Конференции, то многие посетители поняли, возможно, в первый раз, что налаженная связь, как внутренняя, так и внешняя, напоминала артерии, по которым от одного к другому перетекала «кровь» АА, дарующая жизнь, а затем от нас к нашим страждущим братьям и сестрам по всему миру. Иногда требовалось что-то большее, чем передача послания из уст в уста.

И, конечно, немного можно было бы сделать по работе 12-го шага, если бы не удалось убедить и пациентов и членов их семей, что АА может помочь им. Такое общение требует наличия доброй воли у священников, врачей, работодателей и друзей — на самом деле, доброй воли у всего общества в целом. В течение многих лет Штаб-квартира АА использовала все возможные средства, чтобы добиться проявления такой доброй воли. И помимо наших собственных усилий наши друзья-журналисты, работающие в газетах, журналах, а позднее на радио и телевидение излагали наши истории правдиво и часто и давали репортажи о событиях в АА, когда бы и где бы они ни происходили. Таким образом, им удалось привлечь в наши ряды многих алкоголиков, и они продолжают такую работу.

Конечно, они все это делали не без нашей помощи. Много лет назад мы поняли, что просто точное и полезное информирование об АА не срабатывает. Нельзя было ограничивать работу нашего отдела по общественным связям только случайными встречами репортеров с членами АА, которые могут, а могут и не быть достаточно информированными о нашем содружестве в целом. Такая неорганизованная «простота» зачастую искажала реальную картину АА и отдаляла от нас людей. Плохо информированная пресса может продлить страдания людей и даже привести к их гибели.

Когда в 1941 году «Сэтердей Ивнинг Пост» дала задание Джеку Александеру познакомиться с АА, чтобы написать о них документальный очерк, мы уже извлекли урок из предыдущих случаев. На этот раз мы не полагались на случай. Если бы Джек смог приехать на Встречу в Сент-Луисе, то он сам бы рассказал о том, с каким скептицизмом он принял это задание. Он только что закончил статью о размахе мошенничества в Джерси, и теперь он просто никому не верил, если бы даже человек поклялся ему на стопке Библий высотой в милю.

После того, как Джек появился у нас в штаб-квартире, мы его взяли на буксир и водили за собой почти целый месяц. Для написания убедительной статьи ему потребовалось все наше внимание и тщательно организованная помощь. Мы дали ему наши записи, книги, познакомили его с Попечителями, которые не были алкоголиками, организовали для него интервью с самыми разными членами АА и, наконец, показали ему, что такое АА, организовав для него поездку из Нью-Йорка и Филадельфии в Чикаго с посещением Акрона и Кливленда. Хотя он не был алкоголиком, но вскоре он стал настоящим Анонимным алкоголиком по духу. И когда он, наконец, сел за свою пишущую машинку, он своим сердцем был с нами. Он больше не был наблюдателем со стороны, он смотрел на АА изнутри.