Безопасное использование денег”(май 1946 г.)

Какую роль играют деньги в АА – позволяют много добиться или же представляют собой корень всего зла? Эту загадку мы все еще не разрешили. Никто не претендует на то, что знает ответ целиком. Где заканчивается правильное употребление денег и начинается злоупотребление ими – эту точку «духовного пространства» ищем все мы. Редкая проблема групп доставляет вдумчивым членам АА столько же беспокойства, как эта. Каждый из них спрашивает: «Как нам относиться к
добровольным пожертвованиям, наемному труду, профессионализму, дарам извне?»
В первые годы существования АА проблем с деньгами у нас не было. Мы собирались у кого-нибудь дома, а жены делали нам бутерброды и кофе. Если кто-то из нас желал дать денег своему собрату-алкоголику, то давал – это было сугубо его личное дело. У группы не было общих средств, а значит, не было и сопутствующих затруднений. Нужно отметить, что многим ветеранам АА хотелось бы, чтобы мы могли вернуться в те дни безмятежной простоты. Зная, что ссоры из-за
материальных вещей сокрушили дух многих благих начинаний, члены АА часто думают, что слишком крупные суммы денег могут стать злом и для нас.
Но что толку желать невозможного? Деньги уже вошли в жизнь АА, и мы определенно настроены на разумное их использование. Никто не стал бы всерьез размышлять о закрытии наших клубов и помещений для собраний ради категорического отказа от денег. Опыт показывает, что эти объекты нам очень нужны, поэтому мы должны принять любые связанные с ними риски. Но как свести риски к минимуму? Каким образом традиционно ограничить употребление денег так, чтобы они не
могли поколебать духовный фундамент, на который целиком и полностью опирается жизнь каждого члена АА? Сегодня это наша насущная проблема. Так давайте же вместе окинем взором основные аспекты нашего финансового положения и постараемся выявить в них существенное и несущественное, разумное и безвредное, а также лишнее и потенциально опасное.
Взять, к примеру, добровольные пожертвования. Каждый член АА бросает деньги «в шляпу» на оплату аренды помещения для собраний или клуба, на содержание местного или общенационального центра обслуживания. Конечно, не все из нас верят в пользу клубов, не все видят нужду в офисах обслуживания, но справедливо будет сказать, что подавляющее большинство считает эти службы необходимыми. Если их работа организована эффективно, а о расходах докладывается должным образом, то мы только рады регулярно оказывать им поддержку – разумеется, ясно осознавая, что эти пожертвования ни в коей мере не являются условием для
членства в Содружестве. Сейчас такое использование наших денег встречает широкое одобрение, и можно утверждать, с некоторыми оговорками, что нет особых опасений насчет ужасных будущих последствий.
И все же определенное беспокойство возникает – главным образом, в связи с нашими клубами, местными центрами обслуживания и общенациональными штабами. Так как обычно у них есть наемные работники и их функционирование подразумевает толику администрирования, иногда мы
подозреваем, что можем завязнуть в бюрократизме или того хуже – докатиться до открытой профессионализации АА. И надо сказать, эти сомнения порой не лишены оснований; но у нас уже накоплено достаточно опыта, чтобы развеять большую их часть.
Во-первых, представляется несомненным, что нам не стоит трепетать перед своими клубами, местными центрами или нашим штабом в Нью-Йорке. Это всего лишь вспомогательные
учреждения; они не могут по-настоящему контролировать АА и управлять нами. Если вдруг любое из них станет неэффективным или чрезмерно властным, то решить проблему будет несложно. Средний член АА просто перестанет оказывать финансовую поддержку, пока обстоятельства не изменятся.
Поскольку принадлежность к Содружеству не зависит от взносов или пожертвований, мы всегда можем «принять специальные службы или отказаться от них». Они всегда должны служить нам хорошо, иначе им придется выйти из дела. Никого из нас не принуждают их финансировать, поэтому они не могут диктовать нам условия и не могут надолго отклониться от основного курса Традиций АА.
В прямом соответствии с принципом «прими или откажись» наметилась обнадеживающая тенденция – регистрировать такие специальные службы отдельно, если они подразумевают
значительные финансы, собственность и управление. Группы АА все больше осознают, что они – духовные образования, а не деловые предприятия. Конечно, маленькие клубы часто остаются незарегистрированными, потому что деловой аспект у них присутствует лишь символически. Однако по мере бурного роста клуба местные группы обычно решают, что разумно будет оформить его как отдельный от них объект. Тогда финансирование клуба становится скорее делом отдельных лиц, чем группы АА. Но если клуб также предоставляет секретаря для центрального офиса, который обслуживает всю округу, то, по-видимому, будет честно, если эти специфические затраты возьмут на себя местные группы, ведь секретарь служит им всем, даже если сам клуб – нет.
Наше развитие в крупных центрах АА четко показывает: хотя местным группам или их центральному комитету надлежит оплачивать услуги секретаря для своего округа, они
не обязаны финансировать клубы. Не все в АА заинтересованы в работе последних, поэтому обеспечивать их деньгами должны, главным образом, те из нас, кому эти клубы нужны
или кому нравится сама идея. Впрочем, таких людей среди нас большинство. Однако большинство не должно вынуждать меньшинство поддерживать ненужные ему клубы.
Само собой, некоторую помощь клубы получают благодаря проводимым в них собраниям. Когда там устраиваются крупные мероприятия регионального масштаба, собранные пожертвования обычно делятся между клубом и региональным комитетом – естественно, с щедрым поощрением
клуба, ведь это он предоставляет помещение. Подобная же договоренность возможна между клубом и конкретной группой, которая желает пользоваться им для собраний или развлечений. В общем, совет директоров клуба ведает его финансовым обеспечением и общественной жизнью, в
то время как проблемы собственно АА остаются в ведении самих местных групп. Такое разделение сфер деятельности не является общепринятым правилом – оно лишь предлагается как вариант, хорошо соответствующий современным тенденциям.
Большой клуб или центральный офис обычно имеет одного или нескольких наемных сотрудников. Так что насчет них – не превращают ли они АА в профессию? По этому поводу разгораются жаркие споры всякий раз, когда клуб или комитет разрастается настолько, что начинает нуждаться в оплачиваемом труде. Всех нас терзала куча смутных мыслей на эту тему, и я хочу в числе первых в этом сознаться.
Причина наших смутных мыслей – как обычно, страх. Для каждого из нас идеал АА, как бы мы сами ни были от него далеки – великолепное совершенство. Ведь именно Сила большая, чем мы сами, вытянула нас из зыбучих песков на безопасный берег! Малейший помысел об искажении нашего идеала, не говоря уже об обмене его на деньги, для большинства из нас – нечто  невообразимое. Поэтому мы все время настороже – а не зарождается ли среди нас класс наемных
лекарей или миссионеров? Но в АА, где каждый – лекарь и миссионер по собственной воле, нет никакой нужды платить кому-либо за обычную работу по Двенадцатому Шагу, наш чисто духовный труд. Я полагаю, что любой страх достоин сожаления, но, признаюсь, даже рад, что мы проявляем такую бдительность в этом важнейшем вопросе.
И все-таки есть один принцип, который, думаю, поможет честно разрешить нашу дилемму. Суть его вот в чем. Уборщик может мести пол, повар – готовить еду, смотритель здания – не пускать беспокойных пьяных, секретарь – заниматься офисными делами, редактор – выпускать газету. И все это, я уверен, ничуть не означает профессионализации АА. Если бы мы не выполняли эту работу сами, то нам все равно пришлось бы нанять для нее не алкоголиков. Мы ведь не стали бы просить
кого-то из не алкоголиков постоянно делать такие вещи бесплатно! Так почему же некоторые из нас, зарабатывающих хорошие деньги вне Содружества, ожидают, что их товарищи по АА будут целыми днями служить уборщиками, поварами и секретарями? Зачем им бесплатно делать работу, которой не пожелали заняться остальные? И, если уж на то пошло, почему они должны получать у нас меньшую плату, чем получали бы за сходный труд в иных местах? И что с того, если,
исполняя свои служебные обязанности, они параллельно проделывают и некоторую работу по Двенадцатому Шагу? Представляется ясным, что принцип таков: мы можем в адекватном
размере оплачивать особые услуги, но ни в коем случае не саму деятельность по Двенадцатому Шагу.
Так как же можно превратить АА в профессию? Да легко и просто – к примеру, я мог бы арендовать себе офис и повесить на дверь табличку: «Билл У, врач Содружества Анонимных
Алкоголиков. Тариф – 10 долларов в час». Вот это и было бы явное лечение алкоголизма за плату. При этом я бы, безусловно, спекулировал на имени АА, совершенно не профессиональной
организации, ради расширения своей медицинской практики. Вот это действительно была бы профессионализация АА – да еще какая! Это было бы вполне законно, но едва ли этично.
Означает ли это, что мы должны критиковать врачей как класс -даже членов АА, решивших посвятить себя медицине? Ни в коей мере. Никому не следует рекламировать себя как врача из АА. Поскольку мы – организация сугубо непрофессиональная, такое просто невозможно. Подобного искажения фактов не может позволить себе никто из нас. Теннисист, становясь профессионалом, должен отказаться от статуса любителя; так и члены АА, становящиеся врачами, должны перестать афишировать свою принадлежность к Содружеству.
Думаю, лишь немногие из АА будут работать в сфере лечения алкоголизма; но никто из них не должен чувствовать себя отступником – особенно если это обученные соцработники, психологи, психиатры. При этом они, разумеется, ни в коем случае не должны заявлять о своем членстве в АА публично или создавать у людей ощущение, что в рядах АА есть отдельный класс таких специалистов. Именно здесь все мы должны установить пределы допустимого.