Город Выздоровления. Сборник личных историй членов АА, АН, Ал-Анон. Кис Д. Часть 6

Кис Д., трезвый с 11 мая 1976 года

Запись этого выступления сделана в городе Лафлин, штат Невада, 22 мая 1999 года (продолжение).

Я бесконечно признателен старой гвардии Анонимных Алкоголиков. У них хватило мудрости, понимания и терпения спокойно наблюдать за таким, как я. Они-то понимали, что мне придется сдаться. Оказывается для трезвости надо сдаваться… Даже говорить об этом не хочу. Моя жена однажды спросила меня: “Когда же ты, наконец-то, будешь просто алкоголиком?” А я недоумевал: “Ты о чем?”

Я тот, кто, будучи секретарем и казначеем одного из собраний в Алано Клубе***** в Анахайме (штат Калифорния) поехал в Лас-Вегас со своим спонсором и для этой поезди прихватил с собой все деньги группы. Правда, я оставил расписку в конверте, где хранились деньги. В этой поездке я узнал про себя от спонсора кое-какие вещи, которые очень удивили меня. Остальное вы может сами дорисовать…

Как-то раз я стоял возле клуба в полной растерянности. Меня не покидала мысль, что все лучшее в моей жизни уже позади. Вдруг я увидел рядом с собой какого-то странного дурика. Это было еще то зрелище. По росту он был слишком высокий для карлика, но и до нормального человека он не дотягивал. Нелепая панама держалась на его голове только благодаря оттопыренному уху. Он был в пляжных шортах и во вьетнамках. “Чего тебе? – буркнул я”. Заворожено глядя на меня, он проблеял: “Ты можешь быть моим спонсором?” “Блин, – подумал я, – за что мне это? Я видимо совершил что-то ужасное. И вот оно – наказание! Неужели мне придется быть спонсором у этого клоуна?” Я ждал, что какой-нибудь богатый врач или запакованный юрист попросит меня быть спонсором. Я б тогда мог занять у них денег.

И Рон тоже был хорош. Он никогда не стоял рядом со мной. Вместо этого он уходил на другую сторону комнаты. Он подходил к новичкам и говорил им что-то, показывая на меня пальцем. Однажды я не выдержал и спросил у одного из новичков: “Что тебе Рон сказал про меня?” Тот ответил: “Он сказал, что если я сорвусь, то стану похожим на тебя”. Иногда лучшее, чем ты можешь быть – это плохим примером в своей группе!

А я хожу в АА и умираю. Я умираю и не знаю этого! Доктор Тибот говорил о том, что эго алкоголика будет воскресать вне зависимости от срока трезвости и поэтому его необходимо постоянно сокрушать, если мы хотим оставаться трезвыми. Обожаю старую гвардию, потому что они знают это. Сегодня тут собрались человек 40 моих близких друзей. Это 6 или 7 поколений спонсорства. Может быть, поэтому я не вижу надобности цитировать здесь Шаги. Рон сидит в середине с 30 годами трезвости. Все они внимательно наблюдают друг за другом. Я люблю этих людей, потому что они любят меня. А еще они знают, как правильно выбрать момент, чтобы их услышали. В спонсорстве это необходимо.

Итак, я стал возить этого кадра на собрания. Мы беседовали. Он рассказывал мне о своих похождениях и спрашивал: “А у тебя такое бывало?” Я отвечал ему, что со мной тоже такое случалось. А потом рассказывал что-нибудь из своих приключений. Он с ужасом смотрел на меня и говорил: “Во ты больной!.. Нам срочно надо на собрание…” Потом я отвозил его домой, а на следующий день забирал снова и мы ехали слушать спикерскую какого-нибудь “духовного гиганта”. После этого мы садились в машину, и он говорил: “Нам надо читать Большую Книгу! А лучше, чтобы случилось какое-то чудо и у нас сразу бы произошло духовное пробуждение!” Я удивился: “Ты о чем?” Он с жаром пояснил: “Ну, что-то такое, чтобы нас швырнуло прямо в духовность, Какое-нибудь видение… гром средь ясного неба или горящий куст, как в Библии…” А я думал: “Мне б сейчас бензинчика – я б тебе башку поджег”. У меня в бардачке лежала пушка; Я достал ее, приставил к его голове и сказал: “Я сосчитаю до десяти, а ты молись. Если к концу счета у меня не хватит злости, чтобы продырявить тебе купол, считай что ты сделал ТретийШаг”. Я медленно считал, пока он молился… Вдруг он выскочил из машины, побежал в клуб и нажаловался на меня. Но там только посмеялись над нами. Я отвез его домой. А на следующий день он явился ко мне с Большой Книгой и пачкой бумаги. Он заявил, что хочет сделать Четвертый и Пятый Шаги. Я сказал ему: “Так Четвертый у тебя уже должен быть написан, когда ты приходишь к спонсору!” А он ответил: “Я не умею писать”. Он подвинул ко мне листы бумаги и сказал: “Я буду говорить, а ты пиши”. Он стал рассказывать,  а я записывал. Периодически он спрашивал меня: “Ты когда-нибудь вытворял такое”. И я отвечал: “Да. Бывало”. Я рассказал ему кое-что из своих историй. Вспомнил пару, которых забыл написать в своем Четвертом Шаге. Бог всегда появляется, когда алкаши пытаются протрезветь. А поскольку эта чурка не умел писать, то я засунул то, что вспомнил в его инвентаризацию. Короче, подложил часть своего дерьма в его кучу! А почему нет?! Богу все равно! Главное – написать все, что помнишь! Мы потом сожгли эту инвентаризацию. Вот как мы разгрузились!

Он подбежал ко мне и поцеловал меня в щеку. Я подумал, что так дело может дойти и до развода с женой. А когда мы молились в обнимку и он забрался ко мне подмышку, так я вообще испытал какое-то чувство возбуждения – хоть иди да проверяй мою сексуальную ориентацию. То-то же все здесь обнимаются и целуются… А что? Мне нравится!..

И, как уже говорилось, я признателен всем тем, у кого хватило на меня терпения. А еще я благодарен, что Бог дал мне мужество и решимость оставаться трезвым день за днем пока, наконец, до меня дошла наша весть и пока она переходила из моей головы в мое сердце. Самый долгий путь – это путь из головы в сердце.

Я выслушал Пятый Шаг этого клоуна. Он рассказал мне все то, что натворил. И я вдруг понял, что с этого момента для меня стало невозможным совершить хотя бы один из таких поступков и остаться трезвым. Он тогда, в полном смысле этого слова, дал мне совесть. Совесть. Ведь, услышав чей-то Пятый Шаг, уже невозможно смотреть в глаза этому человеку и полагать, что я не такой, как он. Глядя на все эти недостатки, стало ясно, что я ничем от него не отличаюсь.

Многие, сдав Пятый Шаг, стремятся сразу перепрыгнуть в Восьмой. Я так делал. Кинулся “работать” над своими недостатками. Эта “работа” чуть не убила меня. Еще б немного и я бы угодил в тюрьму на трезвую голову. Мы часто подходим к этому с позиции: “я буду работать над этим недостатком, а потом избавлюсь от него”. Я чуть с ума не сошел, пытаясь разобраться, как долго мне надо работать над недостатком прежде, чем я могу от него избавиться.

Видите ли, некоторые из моих недостатков мне нравятся. Они часть меня. А известно ли вам, что недостаток для меня не является таковым, пока он не причиняет мне боли? Он может сводить вас с ума, но если меня он не беспокоит, значит – это не недостаток!

Я обожаю свои недостатки. Частенько нахожу себя окруженным ими. Я не хочу от них избавляться. Я лишь хочу быть полностью готовым избавиться от них. Потому что, если мне надо от них избавиться, то от меня потребуются какие-то действия. И я буду вновь и вновь натыкаться на свои недостатки. А это болезненно. Но боль для таких, как мы – это краеугольный камень прогресса. Разница в том, что сегодня у меня есть возможность жить без этой боли. Я рад, что у меня есть недостатки. Потому что, если бы не чувство вины, я бы не знал, что я не прав. Мне пришлось взять многие из своих недостатков и превратить их в достоинства, вместо того, чтобы пытаться избавиться от них. Злобу пришлось трансформировать в энергию. Я стал служить на группах, в комитетах и на конференциях. Я стал интенсивно работать с новичками. И выяснилось, что мне никогда не было нужно ничего, кроме Анонимных Алкоголиков. Мне не надо больше ничего искать. Надо просто оставаться алкоголиком. И говорить с другими алкоголиками. Один алкаш беседует с другим алкашом…

Сегодня у меня отсрочен приговор. Это зависит только от того, как я поддерживаю уровень своей духовности. А я не нашел лучшего метода обретения духовности, чем работа с другим алкоголиком. Не берусь говорить за остальных. Но в разговоре с другим алкоголиком происходит нечто духовное. Это позволяет мне вылезти из своей головы. До и долгое время после моего прихода сюда я был, как вросший волос – я мог думать только о себе. Что вы сделаете для меня? Что вы мне дадите? Что я получу из всего этого вместо мысли о том, что я могу дать. И только дойдя в трезвости до полного отчаяния, я стал готов делать все, что угодно: отдавать долга, проявлять доброту, быть хорошим отцом для своей дочери…

Я понятия не имел, как быть отцом! Помню, как она пошло в Алатин и постепенно стала меняться. Волосы больше не закрывали ее лицо. Мальчишки стали обращать на нее внимание. Однажды она соврала мне, и я поймал ее на этом. Не знаю, зачем ей понадобилось врать. На следующий день вечером она хотела пойти посмотреть баскетбольную игру в школе. Друзья посоветовали мне не наказывать ее. Они говорили, что, наказывая ребенка, мы наказываем себя больше, чем его. Я не разрешил ей выходить из дома. Она проплакала всю ночь. И мне было страшно жалко ее. Я беспокоился, что причинил ей боль. Но я также помнил, что мне необходимо демонстрировать последовательность в поступках. Это неотъемлемая часть трезвости. Если я сказал, что сделаю – я должен сделать.

Утром она попросила меня отвезти ее в школу. Я подвез ее к входу. Она повернулась ко мне и сказала: “Пап, я не хочу говорить всем им, что не смогу прийти на игру. Ты же знаешь, что в школе всегда есть у кого взять наркоты… Я ведь могу пойти и употребить…” Она знала, как задеть меня. Я попросил Бога дать мне нужные слова. Есть у меня такая простая короткая молитва, которой я пользуюсь уже давно. И слова всегда приходят. Порой сразу, а порой спустя какое-то время. Но они приходят. Тогда они пришли сразу. Я посмотрел ей в глаза и сказал: “Доченька, я хочу сказать тебе кое-что. Я не пойду в школу с тобой. Тебе придется идти туда одной. Я очень люблю тебя. И ты всегда будешь моей малышкой, чтобы ни случилось. Но прежде чем ты пойдешь употреблять, прошу тебя, вспомни, что было, когда я употреблял. Ты ненавидела меня за то, каким я был. И даже если, зная все это, ты решишь пойти и употребить, то по-прежнему останешься моей дочуркой, и я все равно буду любить тебя. Но если ты сделаешь это – домой не приходи. У нас трезвый дом. Тебе придется найти другое место жительства. И помни, куда наркота и алкоголь привели меня. Потому что эта память – одно из самых больших твоих достояний. Вот, пожалуй, и все, что я могу тебе сказать”.

*****Алано Клуб – одно из самых распространенных названий клубов АА.

СЛУШАТЬ - СКАЧАТЬ

Прослушать или скачать файл в формате MP3