Его зовут Борис. Предисловие.
Помощь при алкоголизме
Предисловие.

Предисловие.

Его зовут Борис.

Предисловие.

Тем десяти из ста прочитавших,

которые решат последовать

по пути главного героя,

и тому одному из этих десяти,

который по этому пути пойдет,

посвящается эта книга.

Предисловие

Трезвеющие алкоголики из АА (аббревиату­ра общества анонимных алкоголиков) говорят: «Алкоголизм есть хроническое, прогрессирующее, неизлечимое и смертельное заболевание». Харак­теристика сильная, но недостаточная для понимания всего трагизма ситуации.

Алкоголизм (как и синдром зависимости от других психоактивных веществ) — это психи­ческое расстройство со всеми вытекающими из этого последствиями. Зависимость охватывает все сферы человеческой психики — восприятие, интеллект, мышление, эмоции, волю. Фактор, который мощно и разрушительно влияет на пси­хические процессы и поведение — это так называемое первичное патологическое влечение к состоянию опьянения.

В норме у человека есть так называемые витальные (жизненно необходимые) влечения: жажда, голод, желание спать, сексуальное влечение, любовь к жизни (инстинкт самосохра­нения). Человек чувствует себя нормально, комфортно только в состоянии, когда он сыт, когда он хорошо отдохнул во время ночного сна, когда его жизни и здоровью ничего не угрожает, когда удовлетворено его сексуальное влечение. И, напротив, когда человек, например, голоден, все его существо охвачено стремлением к пище. Молодой человек, находящийся в условиях сексуального ограничения, например, во время службы в армии, регулярно возвращается мысля­ми и чувствами к сексу.

Конечно, любой нормальный, психически здоровый человек может подавлять на время свои витальные влечения, отодвигать их удовлетворение в силу всяких обстоятельств. Собственно, вся человеческая культура создана на фоне по­давления животных инстинктов. Психоанализ ввел в обиход понятие «сублимация» — преобра­зование сексуальных импульсов в творчество и созидание. Детей с младенчества учат сознатель­ной регуляции своих физиологических отправлений, да что там дети — даже воспита­ние домашних животных начинается с этого. В культурном обществе считается неприличным открытое проявление, демонстрация «желаний тела».

В процессе заболевания синдромом химической зависимости —(алкоголизмом, нар­команиями,  токсикоманиями)     желание употреблять некое вещество по своей силе срав­нивается с основными витальными влечениями. Больной алкоголизмом не «просто периодически желает выпить» — его желание алкоголизации сидит в нем как гвоздь в дубовой колоде. Да, в какие-то моменты больной не ощущает его явно, но он готов ощутить и реализовать это желание в любой момент своей жизни. Если угодно, жела­ние можно сравнить с айсбергом — огромной ледяной глыбой, которая на девять десятых по­гружена в океан. Сверху — тонкий слой льда и снега, такой безобидный, а внизу — сотни тонн крепчайшего льда, готового сокрушить любой ко­рабль.

В промежутках между алкогольными эксцес­сами больные выглядят вполне похожими на психически здоровых людей, однако это сходство обманчиво. Так больной, страдающий параной­ей (монотематический бред, когда мысли и чувства больного сфокусированы на одной теме, например, на ревности), также будет казаться психически здоровым, если ситуация и разговор не касаются его болезненной идеи. Больной ал­коголизмом может говорить о рыбалке, политике или футболе и высказывать вполне здравые суж­дения при этом. Однако рано или поздно его мысли соскользнут к предмету его пристрастия — алкоголю. У меня был как-то пациент, вертолетчик. Мы пытались вместе с ним найти в его жиз­ни ситуацию, которая не была бы в его голове связана с употреблением алкоголя — и не на­шли! Отпуск или работа, зима или лето, тайга или пустыня, серые будни или светлые праздни­ки — любые ситуации пробуждали у него воспоминания о выпивке и желание употребить алкоголь. А между прочим, он летал, и перед каж­дым полетом проходил медицинское освидетельствование. И будучи формально трез­вым, он фактически страдал психическим расстройством с навязчивыми мыслями об алко­голе и с безуспешными попытками вновь и вновь «выпивать умеренно, как все».

В том, почему химически зависимые люди вновь и вновь начинают употреблять свое зелье, секрета нет. Они делают это, потому что они хотят это делать. Вот и все.

Загадка и великая тайна в том, почему не­которые алкоголики перестают употреблять алкоголь на долгое время. Ведь они не становят­ся здоровыми в полном смысле людьми и через годы трезвости. Алкоголь деформирует их психику, их личность. Желание ощутить опьянение живет в них и готово к броску в любой момент — и такие провоцирующие моменты всегда настают. Это и усталость, и ссоры с родственниками, и непри­ятности  на  работе…  Кажется,  так  легко отдохнуть, выпив стакан водки… Но они — наши трезвые алкоголики — не берут этот стакан. Вот настоящая загадка. Тысячи врачей и психологов по всему миру бьются над ее решением. Еще бы — нашедший универсальную формулу трезвости, уникальное лекарство «от запоя» будет более знаменит, чем Флеминг, открывший антибакте­риальное свойство пенициллина.

Но лекарства — нет. А трезвые алкоголи­ки — есть.

Они разные, эти трезвые алкоголики. Алко­голизм своими корнями лежит в невежестве, глупости и жадности. Люди не знают, что такое есть алкоголь и как с ним надо правильно обра­щаться. По глупости они идут на поводу у дружков, либо копируют браваду типажей из кинематографа или средств массовой информации. И они жадны до удовольствий. Ложка к обеду дол­жна быть побольше, женщина — погорячее, а водки вообще много никогда не бывает… И у каждого алкоголика — своя доза невежества, глупости и жадности. Есть алкоголики, которые бросают пить на всю жизнь сразу после того, как они уз­нают, что они больны алкоголизмом. Эти люди испытывают влечение к алкоголю так же, как они испытывают голод, жажду, влечение к противо­положному полу или боль. Но они умеют терпеть ради нормальной жизни, хорошей семьи, карьеры. Каждый взрослый человек знает таких людей. Они, как правило, не попадают в руки нарколо­гов, не лечатся в психиатрических стационарах. Честь им и хвала, но книга, которую вы будете читать, — не о них.

Есть алкоголики, которые не хотят терпеть. Они полагают, что все их желания должны быть удовлетворены — и как можно быстрее. Удивительно, что некоторые из них также входят в устойчивую трезвость. Есть соблазн приписать это результатам терапии, результатам работы врачей и психологов. Да, иногда врач или пси­холог может сыграть решающую роль в том, что алкоголик входит в ремиссию. Однако, те же са­мые действия врача или психолога совершенно безрезультатны по отношению к множеству дру­гих алкоголиков. И ссылки на то, что это «другое множество» состоит из деградированных личнос­тей, совершенно неоправданны. Рецидивируют вполне сохранные (без явных дефектов психи­ки, социально адаптированные) пациенты. Рецидивируют те, кто не хочет терпеть. И вряд ли искусство врача создаст им умение стойко и мужественно переносить напряжение и боль.

Что-то особенное должно произойти «внут­ри» алкоголика, чтобы он «наступил на горло собственной песне», отверг ежедневное, как потребность в пище или сне, желание употреблять алкоголь.

«Что-то особенное» — это сродни чуду. Мо­жет быть, это и есть чудо.

Анонимные Алкоголики считают, что необ­ходимые условия трезвости алкоголика — честность, готовность (принять решение на трез­вость и следовать программе 12 шагов) и открытый ум (некритическое восприятие поло­жений программы трезвости).

Вопрос вот в чем: если алкоголик обманы­вал сам себя и окружающих — почему он вдруг должен стать честным? Или — если он не был го­тов или не хотел следовать любым программам трезвости — почему он вдруг принимает реше­ние на трезвость? Если раньше он критиковал любые предложения и доводы своих близких, вра­чей и психологов — почему он вдруг начинает воспринимать программу трезвости как неоспо­римую истину?

Мы не найдем убедительных ответов на эти вопросы. Происходит чудо, чудо превращения гонителя христиан Савла в апостола Павла. Нет разумных оснований для этого превращения. Но есть вмешательство силы, превышающей нашу соб­ственную — некоторые называют эту силу Богом.

Я не призываю всех верить в Бога. Но я знаю на основе своего очень большого жизненного и врачебного опыта, что алкоголику лучше бы поверить в Бога и стараться жить по Писанию. В противном случае трудно ожидать улучшения. Алкоголик — существо убогое (в архаичном смыс­ле этого слова; убожество — это обнищание, оскудение телесное и духовное), он утрачивает контроль над собственной жизнью и нуждается во внешнем управлении. Это — аксиома, исти­на, не требующая доказательств. А из всех механизмов внешнего управления религия явля­ется лучшим. Алкоголик — убог, и он должен быть «у Бога», потому что, если он не будет «у Бога», он будет … сами знаете, где и у кого он будет.

История алкоголика Бориса, которую вы бу­дете сейчас читать — об этом. Борис — убогий алкоголик, пришедший к Богу и обретший устойчивую трезвость. Я свидетель этой правдивой жизненной истории. Бориса знаю давно, знаком с его семьей, с его друзьями.

И если Борис стал трезвым алкоголиком — это может случиться и с любым другим больным. Для Бога нет ничего невозможного. И мне нечего добавить к сказанному.

Владимир Иванов-Петровский

врач-психотерапевт с 40-летним стажем работы с

зависимыми людьми,

1987-92 гг. — главный нарколог Министерства

здравоохранения РБ,

1992-94 гг. — и главный психиатр Минздрава