Пришли к убеждению. 10.2 Глава десятая: «ВО ВСЕХ НАШИХ ДЕЛАХ»

ОТ ОДИНОЧЕСТВА К УЕДИНЕНИЮ

«Я одинок, я одинок!» — раздается пьяный плач алкоголиков по всей земле: в пустой комнате, в переполненном баре, в много­людном семейном кругу, на улицах среди сотен людей. Затем прямо противоположное настроение: люди действуют нам на нервы, и мы уводим себя «подальше от всего этого». Но и это не помога­ет, мы не можем долго выдержать бремя своих черных мыслей. Мы усиленно стараемся отделаться от одиночества с помо­щью бутылки, и на какое-то время нам это удается, но нена­долго. Когда мы достигаем дна и осознаем, что не можем про­должать так жить, то, по милости Божьей, видим, что завели себя в бездну непереносимого одиночества, что мы оторваны от всего и от всех. Попав в такую изоляцию, мы вынуждены посмотреть на свою жизнь, на свои проблемы и увидеть безнадеж­ность своего состояния. Только теперь мы можем задавать воп­росы, давать ответы и принимать решения. Теперь мы можем принять решение, что же все-таки нам делать со своим пьян­ством и как жить дальше.

Есть две стороны в одиночестве человека. На нашем языке «оди­ночество» — это болезненное восприятие человеком того, что он один. «Уединение» — это удовлетворенность тем, что имеется воз­можность побыть одному. 

Что происходит с нами в АА, что дает возможность не только выдерживать моменты уединения, но и наслаждаться ими? Что — внутри нас — меняет одиночество на уединение?

Любовь и понимание, которые мы находим в АА, — это щит, который защищает нас от болезненного одиночества периода пьян­ства. Первые несколько недель некоторые из нас большую часть времени проводят в клубе АА, подолгу беседуя с другими членами Содружества. Затем становится очевидным, что мы должны идти работать и каким-то образом выполнять требования и обязанности нашей повседневной жизни. Мы боимся. Не захватит ли нас одиночество снова, когда рядом не будет членов АА?

Практикуя принципы, заложенные в Двенадцати Шагах, мы рано или поздно находим у себя драгоценное качество, что-то внутри нас, что делает нашу жизнь комфортной независимо от того, находимся ли мы дома или где-то еще, куда нас забрасывает судьба.

Члены АА вовсе не эмоциональные калеки, которых непре­менно кто-то должен держать за руку днем и ночью, чтобы они не упали. Мы растем с помощью Бога, как мы Его понимаем, а также с помощью членов группы АА, применяя Двенадцать Ша­гов в своей жизни.

По мере того как проходят неделя за неделей трезвой жизни, мы можем радоваться и дорожить теми редкими моментами уеди­нения, которые выпадают нам в этой бурной и быстротечной жизни. Когда мы перестаем бояться одиночества и начинаем дорожить уединением и использовать его преимущества, это означает, что мы уже прошли большой путь. Мы понимаем, что нам нужны минуты уединения, чтобы подумать, поработать по Шагам. В уеди­нении мы проводим наш самоанализ. В уединении мы признаемся себе в том, какова же истинная природа наших заблуждений. В уединении наш дух ищет Силу более могущественную, чем мы; в уединении мы с помощью молитвы и медитации стараемся узнать волю Бога, которую нам предстоит исполнить.

Уединение можно обрести и прочувствовать по-разному — в тишине на природе, читая стихи, слушая музыку, рассматривая картины и предаваясь раздумьям. Мы одни, но не одиноки. И все же, пользуясь этим состоянием, мы не можем ответить на все возникающие вопросы. Поэтому мы возвращаемся в мир людей.

Некоторые из нас жаждут заняться той или иной творческой деятельностью. Но мы не можем стать творцами или оставаться таковыми без уединения. Один час вдумчивого уединения обогатит наши творческие возможности гораздо больше, чем часы, затраченные на обучение творческим навыкам.

Не всегда легко отдаться уединению, иногда следует просто помолчать, позволить нашей душе вздохнуть, без слов обращаясь к Богу. Это можно сделать в толпе, в многолюдной комнате и в других сложных условиях. Никто не может отобрать у нас такие  моменты. Центр нашего существа, самое сокровенное в нас, явля­ющееся основой нашей уникальности, поднимается к священному центру и принимается там. Только через движение, которое внача­ле поднимается к Богу, а затем от Него возвращается к какому-то другому человеку, можно наладить общение с другими людьми.

Даже любовь может возродиться в уединении, потому что толь­ко в уединении одинокие сердца могут дотянуться до того, с кем они разлучены. Один час уединения может в большей степени приблизить нас к тем, кого мы любим, чем многие часы общения. Мы можем взять их с собой на «холмы вечности».

Хьюстон, Техас