Думаю, многие ветераны АА, которые подвергли наше “лекарство от пьянства” жесткой, но успешной проверке, все еще обнаруживают, что им зачастую не хватает эмоциональной
трезвости. Возможно, они положат начало следующему крупному усовершенствованию в АА – развитию гораздо более подлинной зрелости и равновесия (а значит – смирения) в наших взаимоотношениях с самими собой, с окружающими и с Богом.

Те подростковые устремления, которые имеют многие из нас, к всеобщему признанию, абсолютной безопасности, идеальной любви, вполне уместны в семнадцатилетнем возрасте, но оказываются невозможным путем жизни, когда нам сорок семь или пятьдесят семь. С момента возникновения АА я терпел грандиозные поражения во всех этих областях, поскольку так и не смог повзрослеть
эмоционально и духовно. Боже мой, как болезненно продолжать требовать невозможного и как мучительно, наконец, обнаружить, что мы все это время ставили телегу впереди лошади! А затем приходит высшая мука – мы видим, в каком ужасном заблуждении пребывали, но все равно не можем сойти с карусели эмоций.

Как превратить правильные мысленные убеждения в правильные эмоциональные результаты, а значит, в легкую, счастливую и хорошую жизнь – что ж, это проблема не только невротиков; это проблема самой жизни для всех тех из нас, кто дошел до точки, когда возникает подлинная готовность придерживаться правильных принципов во всех наших делах.

И даже тогда, когда мы изо всех сил стараемся их соблюдать, покой и радость могут все же ускользать от нас. Очень многие из нас, ветеранов АА, дошли до этого момента. А этот момент ой как непрост. Как же нам привести свое подсознательное – из которого до сих пор проистекают столь многие из наших страхов, компульсивных стремлений и ложных желаний – в соответствие с тем, во что мы действительно верим, что знаем и чего хотим?! Нашей главной задачей становится убедить своего немого, непримиримого, скрытого «Мистера Хайда».

Недавно я поверил, что этого можно достичь. Я так считаю потому что вижу, как многие из приунывших – таких, как мы с тобой – начинают получать определенные результаты. Прошлой осенью депрессия, для которой не было совершенно никакой разумной причины, едва не довела меня до лечебницы. Я начал бояться, что это выльется в еще один долгий период обострения моей хронической болезни. Учитывая все страдания, которые мне приносили депрессии, это была невеселая перспектива.

Я постоянно спрашивал себя: «Почему Двенадцать Шагов не могут облегчить депрессию?» И все время ломал голову над Молитвой Святого Франциска… «Лучше утешать, чем быть утешаемым». Хорошо, вот нужная формула. Но почему же она не работает?

Внезапно я осознал, в чем дело. Моим основным недостатком всегда была зависимость – почти абсолютная – от людей и обстоятельств, которые должны были давать мне престиж, безопасность и тому подобные вещи. Мне не удавалось получить их в том количестве, которое соответствовало бы моим перфекционистским мечтам и требованиям, и я боролся за них, но потерпел поражение, и вместе с ним пришла депрессия.

У меня не было никакого шанса превратить лучезарную любовь Святого Франциска в действенный и радостный способ жизни до тех пор, пока эти фатальные, почти абсолютные зависимости не будут пресечены.

Поскольку с годами я достиг небольшого духовного развития, абсолютность этих пугающих зависимостей никогда ранее не была столь очевидна для меня. Поддерживаемый Благодатью, какую смог найти в молитве, я пришел к выводу что должен приложить всю свою волю и способность действовать к тому, чтобы пресечь эти ложные эмоциональные зависимости от людей, от АА и вообще от каких бы то ни было внешних обстоятельств. Только тогда я смог бы обрести свободу любить, как Святой Франциск. Я понимал, что удовлетворение эмоциональных и инстинктивных потребностей это, на деле, побочный результат обладания любовью , предложения любви и выражения любви, которая соответствует каждой взаимосвязи в жизни.

Было ясно, что я не смогу пользоваться Божьей любовью тех пор, пока не буду способен возвращать ее Ему, любя других так, как он любил бы меня. А я никак не смогу этого делать, пока нахожусь во власти ложных зависимостей.

Ибо моя зависимость означала требование – требование владения и управления окружающими меня людьми и условиями.

Слова «абсолютная зависимость» могут показаться неким ухищрением, однако именно они способствовали моему освобождению, благодаря чему я достиг текущей степени своей устойчивости и спокойствия разума – качества, которые я теперь пытаюсь усилить, предлагая другим любовь независимо от того, чем они отвечают мне.

По-видимому, первостепенная цель исцеления такова: излучающаяся любовь Божьего мироздания и его людей, посредством которой мы добиваемся его любви к нам. Более чем очевидно, что настоящий поток не сможет течь, пока наши парализующие зависимости не будут разрушены, и притом до самого основания. Только тогда мы, возможно, сможем увидеть проблеск истинной взрослой любви.

Говорите, это – духовный расчет? Ничуть. Понаблюдайте за любым членом АА с полугодовым стажем, работающим по Двенадцатому Шагу с новым потенциальным членом. Если этот человек говорит ему: «Иди ты к черту!» – член АА лишь улыбается и обращается к другому человеку. Он не чувствует себя ни расстроенным, ни отвергнутым. Если следующий человек, с которым он работает, откликается и, в свою очередь, начинает давать любовь и внимание другим алкоголикам, но при этом не вознаграждает ими своего спонсора, спонсор все равно доволен. Он все равно не чувствует себя отвергнутым; вместо этого он радуется, что его бывший кандидат трезв и счастлив. А если следующий, с кем он работает, позже становится его лучшим другом (или возлюбленным), то спонсор испытывает огромную радость. Однако он прекрасно знает, что его счастье представляет собой побочный продукт – дополнительные плоды, которые приносит безвозмездное дарение.
Что действительно дало ему устойчивость, так это наличие у него любви и предложение ее тому незнакомому пьянице на пороге его дома. То был Святой Франциск за работой – сильный и практичный, без зависимости и требований.

В первые полгода своей трезвости я упорно работал со многими алкоголиками. Ни один из них не откликнулся. Однако эта работа поддерживала мою трезвость. Вопрос был не в том, дадут ли мне что-нибудь эти алкоголики. Моя устойчивость проистекала из попыток давать, а не из требований о
получении чего-либо.

Итак, я полагаю, что это может сработать и с эмоциональной трезвостью. Если мы проанализируем все свои тревоги и большие, и маленькие, – то обнаружим, что они уходят корнями в некую нездоровую зависимость и связанную с ней нездоровую потребность. Давайте же с Божьей помощью постоянно отказываться от этих запросов, затрудняющих наше движение. Тогда мы сможем освободиться, чтобы жить и любить, и, возможно, сможем посредством Двенадцатого
Шага вести себя самих и других людей к эмоциональной трезвости.

Разумеется, я не предложил вам никакой истинно новой идеи – только уловку, которая уже начала основательно рассеивать некоторые из моих собственных «злых чар». Теперь мой мозг перестал компульсивно метаться между восторгом, претенциозностью и депрессией. Я получил спокойное местечко под яркими лучами солнца.