Поделиться

Традиции и обычаи Анонимных Алкоголиков представляют собой хартию индивидуальной и коллективной свободы, подобной которой в истории не бывало. У нас нет никакой системы управления, контролируемой людьми.

Жил-был один член АА, которому показалось, что его группа слишком уж важничает и проявляет нетерпимость. А значит, подумал он, слишком уж боится прегрешений и отклонений у своих членов. И тогда он изобрел шуточное лекарство повесил в комнате для собраний плакат: «Ребята, здесь приемлемо практически все. Но если вам случится присутствовать на собрании в пьяном виде, то постарайтесь особо не шуметь! И пожалуйста, не курите опиум в лифтах этого клуба!»

По правде говоря, чтобы добиться своей цели, наш друг сильно переборщил. На наших собраниях редко увидишь пьяного члена АА, и, вероятно, никто еще не курил опиум в наших клубах. Однако любой из нас может прочесть между строк его плаката нечто полезное. На самом деле наш озорник хотел сказать каждому респектабельному и боязливому члену группы вот что: «Кабы не милость Божья, это мог бы быть я!» А нарушителям покоя группы – вот что: «Никто не может заставить вас вести себя прилично или наказать за неподобающее поведение. У АА есть Двенадцать Шагов для выздоровления и духовного роста, а также Двенадцать Традиций – для единства каждой группы и всего нашего Содружества. Эти Традиции показывают, каким образом мы все можем оставаться сплоченными, если только захотим. Далее, аренда этого места для собраний стоит денег. Мы надеемся, что вы пожертвуете немного в шляпу, но не хотим заставлять вас. Вы можете нападать на нас, но, вероятно, обнаружите, что большинство из нас не будут давать отпор. Вы можете раскрывать свою анонимность перед широкой публикой или злоупотреблять именем АА ради собственной репутации и выгоды. Если вы будете предаваться подобной глупости, мы не сможем вас остановить. То же самое – если вы втягиваете имя АА в общественные споры. Но мы надеемся, что вы не будете поступать так с нами и самими собой. Мы просто говорим, что вам придется придерживаться принципов АА, если вы этого захотите, а не потому, что мы на этом настаиваем. Выбор за вами. Это и есть хартия свободы АА».

Для любого другого общества такая неограниченная свобода личности стала бы катастрофой. В два счета воцарилась бы полная анархия. Как же мы, Анонимные Алкоголики, выдерживаем такую степень свободы? Свободы, которая порой выглядит как разрешение делать что угодно – и индивидуально, и коллективно? И потом, что делает возможной ту неслыханную хартию свободы – наши добродетели? Или же ее приводят в действие наши потребности?

На самом деле потребности у нас огромные и крайне настоятельные. Каждый из нас должен благоразумно исполнять Шаги и Традиции АА, иначе мы сойдем с ума или погибнем от алкоголизма. Вот почему у большинства из нас тяга к выживанию и росту становится гораздо сильнее искушения выпить или дурно поступить. Мы в буквальном смысле должны «делать так или умереть». И мы выбираем жизнь. А это, в свою очередь, означает принятие принципов, практик и установок АА, которые способны спасти нас от гибели, гарантируя нам трезвость. Это – наш первый важнейший выбор. Признаться, делаем мы его, когда прямо над нами свистит страшная плеть зеленого змия. Ясное дело, этот первый выбор гораздо более продиктован необходимостью, чем нравственностью.

Однако, миновав этот подъем, мы делаем выбор другого рода. Мы начинаем понимать, что принципы АА – вещь хорошая. И хотя в нас еще остается много бунтарства, практикуем эти принципы более старательно из чувства ответственности перед собой, своей семьей и группой. Мы повинуемся, потому что чувствуем – нам следует повиноваться. Это трудно, но мы видим, что это правильно. Стремясь добиться результата, мы видим, что растем, и испытываем заслуженное удовлетворение. Жизнь по-прежнему нелегка, но уже гораздо лучше. К тому же у нас большая команда. Нас со всех сторон окружают попутчики – отдельные люди и группы. Вместе мы можем сделать то, чего не можем в одиночку.

В конце концов, мы понимаем: есть еще один аспект выбора, которого иногда можно достичь. Дойдя до этой точки, мы принимаем определенные взгляды, практикуем определенные методы и следуем здоровым принципам безо всяких оговорок и возмущения, потому что на самом деле этого хотим. Когда наша готовность и принятие становятся столь совершенными, мы обнаруживаем, что все бунтарство исчезло. Теперь мы подчиняемся, потому что всей душой этого хотим. Или, другими словами, мы желаем лишь исполнения Божьей воли в отношении нас и Его милосердия к нашим собратьям.

Оглядываясь назад, мы видим, что наша свобода – делать плохой выбор – была все-таки не чень-то настоящей свободой. Когда мы делали выбор, потому что «должны», это тоже не было свободой выбора. Однако это подтолкнуло нас в верном направлении. Когда мы делали выбор, потому что нам «следует», все обстояло уже лучше. Тем самым мы зарабатывали некоторую свободу, готовя себя к большему. Но первое представление о совершенной свободе под Богом возникло у нас только тогда, когда у нас время от времени начало получаться проведение правильного выбора с большой охотой – без возмущения, уклонения и борьбы. На самом деле, лишь немногие могут придерживаться этого идеала долгое время; для большинства из нас его постоянное достижение – работа на всю жизнь или даже вечная, что более вероятно. Но мы знаем, что эта высочайшая вершина существует – цель, которой можно однажды добиться.

Вот такие виды свободы есть в АА, и, по-видимому, именно так они работают среди нас. Чтобы все это понять, потребовалось много времени. Мы осмелились изложить Традиции Анонимных Алкоголиков на бумаге только в 1945 году, через десять лет после моей встречи с Доктором Бобом. Был период, когда мы испытывали постоянный страх перед тем, чем могли бы нам навредить заблуждающиеся члены Содружества и внешний мир. Трудно было поверить, что наше групповое сознание может быть надежным советчиком, и потому мы сомневались, разумно ли давать локальную автономию каждой группе АА. Еще больше нас беспокоил вопрос о том, не следовало ли бы нам исключать неудобных и даже неверующих. Дать любому алкоголику мира неотъемлемое право называть себя членом АА по своему желанию – это казалось умопомрачительным решением. Такими были наши страхи в те дни, был у нас соблазн наложить такие ограничения друг на друга. В конце концов, даже самым благодушно настроенным обществам и правительствам приходится накладывать их на своих членов и граждан. С чего бы АА быть исключением?

К счастью, мы не предприняли никаких управленческих мер, а вместо этого выдвинули Двенадцать Традиций АА. Это было поистине выражением нашего целостного группового сознания. Поразительная степень сегодняшнего добровольного их соблюдения вызывает огромное восхищение и благодарность. Теперь мы знаем, что всегда будем следовать этим принципам, во-первых, потому что должны; во-вторых, потому что нам следует это делать; и, наконец, потому что большинство из нас будут всей душой хотеть именно этого. В этом не может быть ни малейших сомнений.

Мы уверены, что нам уже известна суть тех видов свободы, которыми мы обладаем, и что никакое будущее поколение АА не почувствует позыва их ограничить. Наши свободы создают почву для роста истинной любви – любви каждого из нас к другому и всех нас к самому Богу.


Поделиться