Поделиться

“Клубы в АА” (апрель 1947 г.)

Идея клубов уже стала частью АА. Десятки таких гостеприимных гаваней могут похвастаться долгими годами полезной службы, а новые создаются каждый месяц. Если бы мы хоть завтра провели голосование о нужности клубов, то значительное большинство членов АА громко ответило бы: «Да!» Тысячи человек засвидетельствовали бы, что без клубов им было бы труднее оставаться трезвыми в свои первые месяцы в АА, и что для них в любом случае всегда желательны легкое общение и теплая дружба, которые дают им клубы. С точки зрения большинства, мы могли бы считать, что клубы пользуются всеобщим одобрением и что без них нам не обойтись; мы могли бы воспринимать их как ядро АА – своего рода «тринадцатый шаг» нашей программы выздоровления, без которого остальные двенадцать просто не работали бы. Порой энтузиасты клубов ведут себя так, будто и, правда, думают, что мы могли бы справиться со своими алкогольными проблемами с помощью одной лишь клубной жизни. Они склонны больше
полагаться на клубы, чем на программу АА.
Но есть среди нас и те, кому клубы совершенно не нужны, и это достаточно устойчивое меньшинство. Они не только утверждают, что общественная жизнь клубов часто отвлекает
внимание их членов от программы, но и заявляют, что клубы, на деле, тормозят прогресс АА. Они указывают на опасность того, что клубы превратятся просто в места для сборищ и даже «притоны»; подчеркивают, что уже возникают споры по вопросам финансирования клубов, управления ими и личной власти в них; боятся «инцидентов», могущих навредить нашей репутации. Короче говоря, они проявляют бдительность. «Долой клубы!» – говорят они.
Вот уже несколько лет мы нащупываем золотую середину.
Вопреки опасениям, вполне сложилось мнение, что тем членам АА, кто нуждается в клубах, следует их иметь. Так что по-настоящему нас волнует не вопрос о том, быть ли клубам или нет. Проблема в другом: как нам развить их положительные стороны, как уменьшить известные отрицательные и как позаботиться о том, чтобы в далеком будущем их недостатки не перевесили достоинств.
Из наших четырех крупнейших центров АА два одобряют клубы и два – нет. Случилось так, что я живу в том, где клубы одобряются. Самый первый клуб АА возник именно в Нью-Йорке. Возможно, наш опыт здесь был не самым лучшим, но он мне известен, и я воспользуюсь им с целью обрисовать те принципы и проблемы, которые нам нужно обсудить; это будет не модель для подражания, а, скорее, иллюстрация развития среднего клуба.
На заре существования АА мы собирались у кого-нибудь дома. Люди приезжали издалека – не только ради самого собрания, но и для того, чтобы потом часами сидеть, попивая кофе с пирожными и охотно разговаривая по душам. Алкоголики и их семьи слишком долго были одиноки.
Со временем нам стало тесно в домах. Разбиваться на множество маленьких группок мы не хотели и потому принялись искать более просторное помещение. Сначала мы разместились в мастерской одного швейного предприятия, затем арендовали зал в Стейнвэй-Холле. Это позволяло нам быть всем вместе во время собрания. Потом мы продолжали общение в кафетерии, но чего-то не хватало. Здесь не было уютной домашней атмосферы.
«А давайте-ка заведем себе клуб!» – сказал кто-то. Так мы и сделали: арендовали интересное местечко, бывший клуб художников и иллюстраторов на 24-й западной улице. Какой это был восторг! Договор аренды подписали два наших ветерана. Мы красили и вычищали помещение. У
пас появился дом! Чудесные воспоминания о днях и ночах в том первом клубе останутся у нас навсегда. Но нужно признать, что не все воспоминания о нем такие восторженные. Развитие приносило с собой затруднения – «болезнь роста», как мы это теперь называем. И какими же серьезными они тогда казались! «Диктаторы» буйствовали; пьяные валились на пол или мешали собранию; «руководящие комитеты» пытались назначать своими преемниками друзей и, к собственному разочарованию, обнаруживали, что даже трезвыми пьяницами невозможно
«руководить». Иногда мы с трудом наскребали денег на арендную плату; картежники отвергали любые рекомендации поговорить с новыми людьми; секретари конфликтовали между собой. Из соображений аренды мы зарегистрировали клуб как юридическое лицо, и у нас появились
своеобразные «чиновники». Но кому следовало руководить клубом – этим «управляющим» или же периодически сменяющемуся комитету АА?
Вот такие у нас были проблемы. Оказалось, что использование денег, необходимость как-то организовывать работу клуба, скученность и тесное общение в нем создают ситуации,
которых мы не ожидали. Конечно, клубная жизнь по-прежнему приносила нам много радости – но и, безусловно, имела свои отрицательные стороны. Стоило ли все это такого риска и хлопот? Ответом было «да», и клуб на 24-й улице продолжал работать; сегодня его занимают моряки АА. Вдобавок в этом округе у нас есть еще три клуба, и есть планы основать четвертый.
Само собой, наш первый клуб приобрел известность как «клуб АА». Арендующая его корпорация именовалась «Анонимные Алкоголики Нью-Йорка». И только позже мы осознали, что вмешали в свою затею весь штат Нью-Йорк, и недавно исправили промашку. Разумеется, наша корпорация должна бы была охватывать только 24-ю улицу. По всей стране клубы создавались в основном так же, как и наш.
Поначалу мы видим в них главные заведения АА, но затем опыт неизменно приводит к изменению их статуса – весьма желательному изменению, как мы теперь считаем. Например, изначально в клубе Манхэттена собирались люди со всей округи и даже из Нью-Джерси. Через какое-то время в ближайших пригородах образовались десятки групп, которые подыскали себе более удобные места для встреч. А наши друзья из Джерси завели себе собственный клуб. В эти отдаленные от нас группы, зародившиеся в Манхэттенском клубе, начали приходить сотни людей, не привязанных к
Манхэттену ни соображениями удобства, ни наклонностями, ни воспоминаниями о былом. У них были свои друзья среди местных членов АА, свои удобные места для собраний. Клуб Манхэттена их не интересовал.
Это очень задевало нас, нью-йоркцев. Ведь мы же их взрастили – так почему они нами не интересуются? Нас озадачивало, почему они отказываются считать Манхэттенский клуб центром АА в этом округе. Разве в клубе не проводятся общие собрания с участием ораторов из других групп? И еще у нас ведь есть секретарь – наемный сотрудник, который принимает телефонные звонки с просьбами о помощи и организует больничное лечение, обслуживая все группы региона!
Мы считали, что возникшие группы должны бы оказывать Финансовую поддержку нашему клубу – ведь порядочные дети должны заботиться о своих «родителях»! Но эти наши призывы были бессмысленны. Хотя многие из членов пригородных групп лично жертвовали деньги клубу на 24-й улице, сами группы не присылали ни гроша.
Тогда мы решили зайти с другой стороны. Если пригородные группы не хотят содержать наш клуб, то, может быть, согласятся хотя бы оплачивать услуги наемного секретаря? Ведь она действительно трудится для всего региона! Безусловно, это была pазумная просьба. Однако она тоже не принесла результата. Люди просто не могли мысленно отделить «регионального секретаря» от Манхэттенского клуба. Поэтому долгое время нужды региона, общие проблемы АА и дела клуба представляли собой запутанный финансово-психологический клубок.
Затем этот узел начал медленно развязываться, так как мы  начали понимать, что клубами должны заниматься только те из нас, кому эти клубы нужны и кто желает оплачивать их содержание. Мы осознали следующее: ведение дел клуба – чистый бизнес, и он должен быть зарегистрирован как
отдельное юридическое лицо под другим именем – например, «Алано»; управляющие клубом должны заведовать исключительно деловыми аспектами клуба; группа АА как таковая не должна принимать активного участия в управлении каким-либо бизнес-проектом. Сумбурный опыт научил
нас: когда периодически сменяющийся комитет АА пытается руководить клубной корпорацией или когда корпорация пытается руководить делами групп, собирающихся в клубе – сразу же возникают трудности. Единственный найденный нами способ избежать их – это отделять материальное от
духовного. Если группа АА желает пользоваться данным клубом, то пусть она платит за аренду помещения или делится получаемыми на собраниях пожертвованиями с администрацией
клуба. Маленькой группке, открывающей свой первый клуб, это может казаться глупой затеей, ведь сначала члены группы и члены клуба – одни и те же люди. И все-таки рекомендуется
поскорее разделиться, сделав клуб самостоятельным юридическим лицом, потому что это позволит избежать путаницы в будущем, когда в округе начнут образовываться другие группы.
Часто звучат вопросы: «Кто выбирает управляющих делами клуба? Есть ли разница между членами клуба и членами АА?» Бывает по-разному, поэтому мы пока не можем
дать четкого ответа. Но самые разумные рекомендации, по-видимому, таковы: любой член АА должен чувствовать себя вправе пользоваться обычными привилегиями любого клуба,
независимо от того, вносит ли он регулярные добровольные пожертвования или нет. При этом, если он регулярно жертвует деньги в пользу клуба, он должен также иметь право голоса на деловых совещаниях, где избираются управляющие клубной корпорацией. Если придерживаться этих принципов, то все клубы будут открыты для всех членов АА, но заведовать их делами будут только те, кто достаточно заинтересован, чтобы регулярно делать пожертвования. В этой связи можно вспомнить, что в АА нет обязательных членских взносов; но, разумеется, следует добавить, что, поскольку клубы превращаются в отдельные частные предприятия, то по желанию их
членов они могут функционировать по-другому.

Эволюция клубов также показывает, что обычно они остаются главными центрами деятельности АА только в маленьких населенных пунктах. В больших же городах клубы, изначально
создаваясь как главные местные центры АА, зачастую переезжают в более крупное помещение, а потом в еще более крупное, намереваясь удержать в своих стенах общие собрания
для всего региона. Но, в конце концов, обстоятельства рушат эти планы. Обстоятельство номер один: растущее АА прорвет стены любого клуба. Рано или поздно общие собрания придется
переносить в еще более просторный зал – клуб просто не вместит всех. Когда мы замышляем купить или построить большой клуб, нам следует трезво поразмыслить над этим фактом. А второе
обстоятельство, по всей видимости, смещает большинство клубов с «центровой позиции», особенно в крупных городах. Речь идет о нашей сильной тенденции к тому, чтобы общими
проблемами АА в городских округах ведали центральные или межгрупповые комитеты. Рано или поздно каждый регион осознает: такие вещи, как межгрупповые собрания, организация
больничного лечения, связи с местной общественностью, центральный офис для общения с прессой и информационной работы – это вещи, в которых заинтересован каждый член АА, независимо от того, нужны ли ему клубы или нет. И, поскольку это сугубо дела Содружества, для их ведения необходимо избирать и финансировать специальный комитет.
Как правило, группы региона оказывают финансовую поддержку таким поистине «центральным» образованиям. Даже если клуб достаточно просторен для межгрупповых совещаний, и они все еще в нем проводятся, региональный центр активности все равно будет смещаться к межгрупповому комитету и его общезначимой деятельности. Таким образом, клубы остаются явно в стороне – где, по мнению многих, им и надлежит быть. Ими руководят и активно их поддерживают те из
нас, кто нуждается в этих клубах, а остальные могут принять их или же оставить в покое.
Если эти принципы будут в полной мере применяться к нашим клубам, то у нас будет возможность наслаждаться их теплой атмосферой, но в любой момент отказаться от них, если там станет слишком уж жарко. Тогда мы будем воспринимать клуб как ценный инструмент взаимопомощи и при этом, что еще важнее, навсегда сохраним обычную группу АА как первичное духовное объединение, откуда проистекает наша основная сила.


Поделиться