Брошюра Содружества АА "Думаешь ты особенный?"

Меня зовут Глория, и я алкоголичка (афро-американка).

Недавно на большом собрании я должна была встретиться с подругой по АА. Войдя в помещение, она направилась прямо через толпу именно туда, где я стояла и разгова­ривала. Я, надо сказать, удивилась, что она заметила меня так быстро, потому что в комнате было полно народу. Я спросила ее об этом. Она ответила, что сразу же уви­дела меня, и мы тут же об этом забыли.

Не прошло и половины собрания, примерно около часа, как меня вдруг осенило: заметила она меня сразу потому, что я была одной из трех чернокожих в той переполнен­ной комнате. Мне ли с моей черной кожей удивляться, что меня так быстро замечают!

Вполне возможно, что кому-то из вас этот эпизод покажется незначительным, но для меня это было поистине фантастично. Знаете, когда я впервые пришла в АА около четырнадцати лет тому назад, я попала в группу, где большинство составляли белые, и постоянно ощущала себя другой. Я нормально чувствовала себя, пока мы говорили о сохранении трезвости, но, едва начинался разговор о том, где они делали стрижку или о чем-то еще, я чувствовала себя не в своей тарелке. Я помню собрание, на котором одна женщина рассказывала, что она ездила в Европу и продала некоторые акции во время забастовки, а вторая сказала, что у нее был ужасный день из-за того, что она куда-то засунула свои билеты на симфонический концерт. Я все размышляла, а туда ли я попала.

Впервые я выпила, когда мне было пятнадцать лет. Мужчина сказал, что даст мне два доллара, если я приготовлю ему завтрак, и я это сделала. Затем он дал мне не­много бурбона. Мне стало хорошо. Впервые я действительно чувствовала себя вели­колепно. До того случая я всегда ощущала себя не в своей тарелке, кто бы около меня ни находился. А вскоре я поняла, что этот человек хотел от меня большего, чем просто завтрак. Из той ситуации я выпуталась, но испытала абсолютно новые ощущения и вкус, который сопровождал меня в течение долгих лет.

Я была очень несчастлива в своем достаточно тихом доме. У нас никто не зло­употреблял спиртным, а мои родители были очень религиозны. О моей сестре все го­ворили, что она симпатичнее меня, и я помню, как притворялась больной, чтобы мама уделила мне хоть немного внимания. Но теперь у меня была выпивка, и, когда я пила, то чувствовала тепло и ощущала себя красивой и любимой – хотя бы ненадолго.

И я продолжала пить, несмотря на то, что практически каждый раз, когда пила, бук­вально заболевала. Прошло немного времени, и я решила, что алкоголь мне необхо­дим, чтобы я могла что-то делать. Я была уверена, что на работе он помогает мне пе­чатать быстрее. Во время перерыва на кофе я покупала себе коктейль из виски, и вскоре мне уже требовалось полпинты. В выходные я пила очень много, и к ночи вос­кресенья находилась в состоянии, близком к смерти.

Наконец однажды я решилась. Я позвонила работавшей со мной белой женщине. Однажды, обнаружив, что меня рвало в туалете, она показала мне брошюры АА. С тех пор я ненавидела ее, но все же наступил день, когда я была готова узнать хоть что-нибудь о том, как не пить.

Она дала мне адрес группы и сказала, что встретит меня там, если я захочу прий­ти. Я сказал, что приду, но, узнав, что это будет происходить в подвале церкви, едва не передумала. Я не посещала церковь довольно долго и полагала, что все, что соби­рается в подвалах, весьма сомнительно. Но я была действительно больна. Три дня я пила только чистый бульон и смогла наконец ко дню собрания съесть куриный суп. И я пошла. А куда же еще я могла пойти?

Как я уже говорила, АА я приняла сразу, но некоторое время чувствовала себя не­много другой. Та группа состояла в основном из белых людей. Я попробовала сменить группу. Однако, придя в группу, состоящую в основном из афро-американцев, я вдруг почувствовала себя не в своей тарелке. Мне казалось, что я возвращаюсь назад, к ощущению, что без спиртного все плохо. Так я считала раньше. А на самом же деле -я просто не была в мире с самой собой. Я никогда не знала душевного покоя, потому и пить начала так быстро.

Но вот у меня появился наставник, и с тех пор мои дела пошли на лад. Я думаю, что все мы, Анонимные Алкоголики, носим зонтики и, если идет сильный дождь, рас­крываем их над каждым, кто находится рядом с нами, И, на самом деле, абсолютно неважно, какого цвета у человека кожа.

Сейчас моя лучшая подруга в АА – белая из очень богатой семьи. У них в семье есть домоправительница, и поэтому мать подруги проводит время, играя в карты или занимаясь чем-нибудь в том же духе вне дома. Моя же мать проводит время, работая в церкви, но и моя подруга, и я – мы обе чувствовали одно и то же – что мы обделены любовью. Возможно, у нее были тысячи игрушек, а у меня всего одна кукла, но все сводилось к одному чувству. Сегодня она видит и чувствует все совершенно так же, как и я. Она говорит то, что думаю я, и наоборот. Нам обеим лучше в компании друг с дру­гом, чем с нашими семьями.

Сегодня я хожу на собрания в АА. Я практически не замечаю, присутствуют ли на группе в основном черные или же в основном белые, или их поровну. Они просто Ано­нимные Алкоголики. Для меня важно общение. Я думаю, что всегда, где бы ни находи­лась, я чувствовала себя особенной, причем это никак не зависело от моего желания. Я думаю, что в Программе АА есть что-то, что делает все имеющиеся между нами различия несущественными.

Смотреть все части Брошюры АА

Смотреть все части Брошюры АА "Думаешь ты особенный"